суббота, 8 ноября 2008 г.

Про детали в творчестве и уважение к законам

Принц де Конти, одетый в бархатный багинет с восточным рисунком, вошёл к королю без стука.
-Я только что со станции Фонтенбло-Товарная…



Есть такая интересная тенденция у всяческих творцов - творя, игнорировать факты. Всяческая кино(говно-)фантастика - это ладно, о достоверности в прыжках между небоскребами и разбивании головами бетонных стен говорить не приходится. Но есть же и такие жанры, в которых достоверность - не просто приятное дополнение, но необходимость. Хочешь что-то сказать о реальных людях в реальных ситуациях - так будь добр, посмотри, какие они на самом деле.

Часто происходит так, что чем писатель или режиссер талантливее, тем меньше он склонен согласовывать свое "я так вижу" с реальностью. Некоторых классиков из-за этого невозможно воспринимать всерьез. Особенно выделяются некоторые нобелевские лауреаты. Последнее сильное впечатление было - Кутзее, "В ожидании варваров". Ясно, конечно, что автор намеренно опускает некоторые подробности, но иногда это "опускание" принимает совершенно фантасмагорические размеры.

Сбившись в кучу, мы пять часов укрываемся за грудой дров и за лошадьми, а ветер хлещет нас снегом, градом, дождем, песком, пылью. От холода ноют кости. С подветренной стороны на боках лошадей запеклась корка льда. Мы теснее жмемся друг к другу – люди и животные, все вместе, – делясь своим теплом и стараясь, продержаться.


Интересно, есть ли на Земле место с такой интересной погодой - чтобы ветер хлестал одновременно дождем, снегом, градом, песком и пылью? Остаётся добавить, что герои страдали одновременно от холода и нестерпимого зноя.
Да, Кутзее - писатель-гуманист, пишет о людях. Но это же не означает, что представления об этих людях обязательно должны быть на уровне Марии Антуанетты.

Метафора "Безликой империя" тоже не выдерживает никакой критики. Исторические империи носили вполне конкретные индивидуальные качества, и различий, как правило, больше, чем сходств. Отношение к пресловутым "варварам", то есть внешнему по отношению к империи миру, разительно отличалось, скажем, в Британской Империи и в империи Чингисхана. Кроме тех отличий, что в обществе, отличия, и не менее существенные - в головах.
Ну а главгерой Кутзее напомнил отличный рассказ Виктора Ардова:


Авторы-стилисты всех исторических лиц списывают с собственной прохладной персоны. Hапример:

...Встал рано: не спалось. Всю ночь в виске билась жилка. Губы шептали непонятное: «Стрижено - брито, стрижено - брито...»
Ходил по хоромам. У притолок низких забывал нагибаться. Шишку набил. Зван был лекарь-немец, клал примочку.
Рынды и стольники вскакивали при приближении царя. Забавляло это, но хотелось иного, терпкого.
Зашел в Грановитую палату. Посидел на троне. Примерился, как завтра будет принимать аглицкого посла. Улыбнулся - вспомнилось: бурчало в животе у кесарского легата на той неделе - во время представления же.
С трона слез. Вздохнул. Велел позвать сына - царевича Ивана.
Где-то за соборами - слышно было - заржала лошадь. Топали рынды, исполняя приказ, - вызывали царевича, гукали...
Выглянул в слюдяное оконце: перед дворцом дьяк, не торопясь, тыкал кулаком в рожу мужика. Примерил на киоте: удобно ли так бить, не лучше ли наотмашь?..
Сын вошел встревоженный, как всегда. Как у покойницы царицы - матери его - дергалось лицо - тик. А может, не тик, а - так. Со страху.
- Где пропадаешь?
Царевич махнул длинным рукавом:
- С татарином договор учиняли...
- С бритым?
- Он, батюшка, стриженый.
Улыбнулся сыновьей наивности:
- Бритый татарин...
- Стриженый.
Отвернулся от скуки.
- Брито.
- Стрижено.
- Брито...
Вяло кинул жезл. Оглянулся нехотя: царевич на полу. Алое пятно. Почему? Пятно растет...
- Вот она - та ночная жилка: «Стрижено - брито»...
Челядь прибывала. Зевнул. Ушел в терем к царице - к шестой жене...


Совершенно гениальным образом эта идея развита в историческом романе "Эх, прокачу!".

Наиболее дико дикие ляпы выглядят там, где подразумевается достаточно серьезная степень исторической достоверности - например, в исторических фильмах о недавнем прошлом. Примеры приводить, пожалуй, не стоит.

У американского кино при этом есть интересная особенность - голливудские киноделы, как правило, весьма трепетно относятся к своей административной и судебной системе, устройству полиции и т.п. Естественно, американских. Даже не быв никогда в США многие наизусть помнят, например, права, которые должен зачитать американский полицейский при задержании. А есть целый жанр - судебная драма, в котором вообще всё действие крутится в зале суда или около него, например, фильмы - "Ураган", "Адвокат Дьявола", "Время Убивать", "Презумпция Невиновности", "12 разгневанных мужчин". Фактически - это воспитание традиции уважения к закону через понимания устройства его работы. Кодексы читает мало кто, зато все смотрят кино.

Интересная штука получилась, когда "12 разгневанных мужчин" Михалков перетащил в наши реалии. Ясно, что замах был гораздо шире, чем просто описание судебного процесса (что, впрочем, есть и в перечисленных классических образцах жанра). Получается только, что, упуская детали, исчезает вообще весь предмет - те вопросы, которые ставит фильм, вообще в таком виде ни перед кем не стоят, а юридическая часть получается чистой воды вымыслом.

Описание юридических неточностей в фильме "12" Михалкова с точки зрения профессионального юриста подсмотрел у Влада Шурыгина:

Михалков взял западный закон, по которому присяжные работали в Америке в 1957 году (как известно, «12» Михалкова - ремейк американской ленты «12 разгневанных мужчин»), и эту процедуру переложил в судебную ситуацию в России. Поэтому фильм содержит множество процессуальных ошибок, - заявил прокурор. Вот какие ошибки он заметил:

1. Дело, которое разбирают в фильме, вообще не рассматривают наши суды присяжных. Это бытовое убийство, попадающее под подсудность районного суда. В компетенции института присяжных - убийства с особой жестокостью, сопряженные с насильственными действиями сексуального характера, и т. д.

2. Присяжных, заведя в кабинет, заперли снаружи, лишив возможности выйти. Но по закону, если вдруг присяжные не придут к согласию, каждый из них в любой момент имеет право покинуть зал. Коллегия будет распущена, совещание начнется снова. Это одна из конституционных гарантий независимости решения.

С другой стороны, пристав, находящийся снаружи, постоянно заходит к ним в комнату. Тем самым пристав - лицо, ПРИСТАВленное охранять тайну, сам ее нарушает.

3. Кто-то из присяжных упомянул, что подсудимый в зале суда сидел в наручниках, его трясло, он чувствовал себя неуютно.

Минуло уже десять лет с тех пор, как приняты соответствующие европейские конвенции, и Россия к ним присоединилась. Ни один подсудимый в зале суда не находится в наручниках. Они сковывают возможность его жестикуляции, то есть сковывают свободу давать показания так, как он может их давать.

4. Старшиной коллегии присяжных в фильме избрали героя Никиты Михалкова в совещательной комнате, когда уже закончилось судебное следствие. Этого не может быть. Старшину избирают в первый день формирования коллегии, еще до того как присяжным предъявят все доказательства по делу.

5. Зрителю навязывается мысль, что проголосовать все 12 присяжных должны единогласно, иначе вердикт не будет принят.

Это не так. Виновность или невиновность определяется простым большинством голосов.

6. В процессе обсуждения кто-то из присяжных говорит остальным: «Мне жалко его, ведь, если мы его осудим, его упрячут в тюрьму навсегда».

По закону присяжные не могут вторгаться в наказание, которое может быть назначено подсудимому. Задача присяжных - проголосовать за фактическую сторону дела: «Да, виновен». Или: «Нет, не виновен».

7. В совещательную комнату по требованию присяжных, когда у них возникает какой-то вопрос, пристав приносит вещественные доказательства, ранее осмотренные присяжными в суде. На самом деле никакой принос или унос вещдоков, схем или протоколов недопустим.

8. Один из присяжных допустил грубейшее нарушение закона, за которое безоговорочно надо распускать всю коллегию.

Он ездил на место происшествия, разговаривал с очевидцами, то есть фактически подменил собой следователя.

- Каждый из нас с вами, обычных людей, - потенциальный кандидат в присяжные заседатели, - считает Максим Игнатов. - Может быть, уже завтра кто-то из вас получит повестку в суд, где вам предложат разбирать в суде очередное уголовное дело. И будете очень удивлены, что не можете вести себя так, как показано в фильме «12»


Получается, американский кинематограф популяризует принципы работы американского правосудия, что, несомненно, служит делу воспитания уважения к закону в целом. К американскому закону, точнее. И к американскому правосудию.
У нас с этим явные проблемы - даже пытаясь подробно раскрыть тему, Михалков вместо анатомии русской Фемиды распространяет какие-то свои смутные представления о ней. Нехорошо.

А кстати, есть ли вообще у нас фильмы, в которых юридические аспекты нашего правосудия раскрыты достаточно подробно и достоверно?

Комментариев нет:

Отправить комментарий